поисковый портал         e-mail: borovsk-1941@yandex.ru
Главное меню
Кто освобождал Балабаново?

Сергей Глухарёв
опубликовано в газете "Балабаново" 30 января 2013 года

Совсем недавно мы отметили очередную годовщину освобождения Боровской земли от фашистских оккупантов. По прошествии более семи десятков лет стремление глубже разобраться в некоторых еще не до конца выясненных фактах и обстоятельствах только возрастает.

Безусловно, этому способствует изменившееся информационное пространство, возможности Интернета, открытие засекреченных ранее архивов. Опубликовано достаточно много интересных книг, заставляющих по-новому оценивать события Великой Отечественной войны. Изданы фундаментальные труды Владимира Мельникова и Игоря Красильникова, детально анализирующие боевые действия 33-й и 43-й армий, в том числе на Боровской земле. Коллективом балабановцев выпущен замечательный и глубокий сборник материалов «Балабаново в годы Великой Отечественной войны», который хотелось бы рассматривать как прообраз будущей книги.

Многие авторы описали разногласия между командующими 33-й и 43-й армиями, возникшие по поводу освобождения Балабаново 28 декабря 1941 года. Кто был первым? Вопрос для военных носил принципиальный характер. В каждом воинском формировании велся учет освобожденных населенных пунктов, воинских трофеев. Всё это учитывалось при награждении личного состава, присвоении гвардейских званий.

Об освобождении Балабаново одновременно доложила и 33-я армия и 43-я армия. Расследование по данному факту проводил начальник Особого отдела НКВД Западного фронта комиссар Госбезопасности 3-го ранга Белянов. Александр Михайлович Белянов хорошо знал Балабаново, так как ещё в октябре 1941 года руководил перебазированием всех тыловых частей из Боровского района в Наро-Фоминск. По результатам его расследования на стол Жукову лег доклад с формулировкой: «ст. Балабаново была занята 28 декабря 1941 года Особым полком Западного фронта, временно входившим в состав 5 ВДК 43 армии. Подразделение 129 стрелкового полка 33 армии вступило на ст. Балабаново, когда последняя была уже занята».

Комиссар Белянов совершенно верно установил первичность занятия Балабаново воинской частью, входящей в состав 43-й армии. Но он допустил две ошибки, вернее применил некоторую некорректность формулировок. Во-первых, полк из состава 43-й армии имел штатное наименование «Отдельный стрелковый полк Западного фронта», а не «Особый полк Западного фронта», как написано в докладе. Учитывая специфику решаемых задач, полк действительно иногда называли особым. Тогда на это никто не обратил внимания, так как понимали о какой воинской части идёт речь. Однако, для современных исследователей, а тем более для тех, кто занимается установлением солдатских судеб и поиском пропавших без вести это достаточно важный факт.

Дело в том, что в это же самое время и также в районе Балабаново действовал другой полк, имеющий похожее штатное наименование – «Особый армейский стрелковый полк 43-й армии». Это полк подполковника Ермоленко Конона Степановича. В документах его чаще называют «Сводный стрелковый полк». Полк Ермоленко 22 декабре 1941 года был выведен из состава того же 5-го воздушно-десантного корпуса и придан 93-й стрелковой дивизии. 26 декабря вместе с 93-й дивизией он был включен в состав 33-й армии и принимал самое непосредственное участие в освобождении Боровского района.

Отдельный стрелковый полк Западного фронта был сформирован в Подмосковье осенью 1941 года. Командиром полка назначен легендарный майор Шевцов Никон Федорович, известный своими совершенно нестандартными подходами к ведению боя. 16 ноября полк включен в боевой состав Красной армии. А 20 декабря полк Шевцова ввели в состав 43-й армии на усиление 5-го воздушно-десантного корпуса. 21 декабря командующий 43-й армией генерал Голубев придает полку Шевцова пулеметную роту 298-го батальона, а также противотанковую батарею и для поддержки наступательного боя выделяет 998-й артиллерийский полк РГК.

Вторая неточность доклада комиссара Белянова - применение словосочетания «временно входившим в состав 5 ВДК 43 армии». Дело в том, что изменение состава общевойсковой армии, вхождение или выход из неё обычная практика для общевойсковой армии как оперативного войскового объединения не имеющего постоянной штатной структуры. 5-й воздушно-десантный корпус, являясь войсковым соединением авиации РККА, в декабре 41 - январе 42 года фактически использовался в качестве обычного стрелкового формирования. А в последствии 26 января 1942 года корпус и вовсе был отведён в резерв и переформирован в 39-ю гвардейскую стрелковую дивизию. Полк Шевцова был включен в состав ударной группы 43-й армии для усиления действий 5-го воздушно-десантного корпуса вместо вышедшего из состава корпуса пехотного полка Ермоленко и находился в составе 43-й армии до своей трагической гибели.

Как представляется, направив для разбора дела не офицера штаба фронта, а столь высокопоставленного сотрудника НКВД (комиссар 3-го ранга примерно соответствует званию генерал-лейтенант), Жукова всё-таки интересовало не первичность занятия населенного пункта той или иной частью, а объективность этих докладов. Дело в том, что незадолго до этого, 20 декабря, Военным Советом 43-й армии была получена телеграмма. Процитирую её полностью по книге Игоря Красильникова. «Завтра 21 декабря день рождения товарища Сталина. Постарайтесь ознаменовать захватом Балабанова для включения в боевое донесение товарищу Сталину. Об исполнении сообщите не позже 19 часов. Жуков, Булганин». Военный Совет 43-й армии сразу же ставит задачу командиру и комиссару 93-й стрелковой дивизии: «Военный Совет армии уверен, что 93 СД приложит все свои усилия, чтобы эту задачу блестяще выполнить и Балабаново освободить от фашистских гадов. Об исполнении донести в штаб армии в 18.00 21.12.41».

«Просьба» Жукова и Булганина в срок исполнена не была. Через несколько дней командир 51-го стрелкового полка 93-й стрелковой дивизии полковник Горинов Андриан Иванович был арестован, лишен наград, звания и осужден военным трибуналом на 10 лет. Формальным поводом послужил как будто бы обман в докладе об освобождении д. Аристово. Но вскоре полковник Горинов был оправдан, с него снята судимость и в августе 1942 г. вновь назначен на командную должность.

За день до освобождения Балабаново Жуков издал приказ. Вот выдержка из него: «Отмечаются случаи, когда некоторые командиры и их штабы без правдивого освещения боевых событий и характера действий войск на фронте, не зная действительного положения, сознательно доносят заведомо ложные сведения, искажающие действительное положение и действительную обстановку…Лиц начальствующего состава, представляющих заведомо ложные донесения, привлекать к строжайшей ответственности, вплоть до предания суду». Явных нарушений в докладах по освобождению Балабаново комиссия НКВД не выявила.


Полк майора Шевцова, сразу после блестящей операции по захвату Балабаново, продолжил воевать в составе ударной группы 43-й армии. 2 января освобождал Малоярославец, 14 января брал Медынь. В этот же день Шевцов Никон Федорович погиб. Как вспоминают ветераны полка: «Из всего полка в живых осталось не более полутора десятка бойцов. Все офицеры погибли». 25 февраля остатки полка ввели в 17-я стрелковую дивизию 43-й армии.

14 февраля 1942 года за образцовое выполнение боевых заданий командования и проявленные при этом героизм и мужество в боях с немецким фашизмом майор Шевцов награжден (посмертно) орденом Красного Знамени.

Боевые товарищи майора Шевцова, павшие при освобождении Балабаново, покоятся в братской могиле у школы искусств. К сожалению, большинство - как неизвестные. По результатам поиска установлено лишь несколько фамилий. Это офицеры отдельного стрелкового полка Западного фронта: Мокренко Дмитрий Емельянович, 1915 г.р., старший лейтенант, командир конного взвода; Ищенко Арсентий Тарасович, 1918 г.р., лейтенант, командир стрелковой роты; Леганин Николай Иванович, 1922 г.р., командир стрелкового взвода.
Работа по поиску продолжается.